С нового учебного года астраханским школьникам и студентам запрещено носить одежду, подчеркивающую религиозные убеждения.

Распоряжение подписал лично губерантор области, решивший таким образом бороться с растущими экстремистскими настроениями среди молодежи.

Вопрос о том, можно ли носить в школу, училища, университеты религиозную одежду, поднимался в Астраханской области не раз. На недавнем этноконфессиональном совете губернатор области Александр Жилкин довольно категорично заявил: религиозной атрибутике нет места в образовательных учреждениях. С внешней стороны духовной жизни нужно переключиться на внутреннюю.

Катание с гор — это традиционная русская зимняя забава, которая устойчиво сохраняется в детском быту по сей день, но, к сожалению, почти ушла как вид развлечения взрослых. Из века в век для каждого нового поколения воспроизводятся события на горках. Их участники приобретают ценный, во многом — уникальный опыт, достойный того, чтобы присмотреться к нему повнимательнее. Ведь ледяные горки — это одно из тех мест, где формируется этнокультурная специфика двигательного поведения детей, о которой мы поговорим в конце этой главы.

К счастью, современный русский человек, детство которого прошло в местах, где бывает настоящая снежная зима (а это практически вся территория нынешней России), пока еще знает, какими должны быть горки. Оговорка про «пока еще» не случайна: например, в большом культурном городе Петербурге, где я живу, катание на ногах с нормальной так хорошо знакомой старшему поколению ледяной горки уже недоступно детям многих районов. Почему так? Тут со вздохом можно сказать, что сомнительные блага цивилизации вытесняют старые добрые горки. Поэтому хочется начать с их детального описания, которое потом поможет разобраться в психологических тонкостях детского поведения во время катания с ледяных гор.

Я страшная и ужасная чиновница опеки. Это я «отбираю детей у нормальных родителей» и, судя по всему, именно этими детьми ежедневно питаюсь на завтрак, обед и ужин. По крайней мере, именно так считает категория людей, которые меня задолбали. Сами себя они называют неравнодушными общественниками, как я их называю — лучше говорить не буду.

Эти люди очень любят защищать родителей, просто игнорируя факты, которые не вписываются в концепцию «пришли злые тёти и отобрали малыша у бедненькой мамочки». Они присылают нам запросы, пишут петиции и жалобные воззвания в соцсетях, мягко говоря, не соответствующие действительности, и именно на борьбу с этими добренькими человечками уходит масса сил, которые можно было бы потратить на помощь детям (на каждый запрос мы по закону обязаны отвечать в установленные сроки).

«Ма, можно пойти погулять?» В этом вопросе и надежда, и затаенный страх отказа, и предвкушение радости прогулки. Короткая пауза — разрешение получено. Через секунду уже слышен быстрый топот ног по лестнице.

«Ну куда ты несешься, осторожнее! Чтобы был дома в пять!» — кричит мать вдогонку. А сама удивляется: как можно каждый день так страстно стремиться в обшарпанный двор со сломанными качелями? Ведь там все знакомо как свои пять пальцев, и нет ничего интересного. Правда, в глубине души мать знает, что её ребенок умудрится везде найти себе занятие, особенно если будет с приятелем.

Обычно начало самостоятельных поездок городского ребенка в общественном транспорте связано с необходимостью добираться до школы, Далеко не всегда его могут сопровождать родители, и нередко уже в первом классе (т. е. лет в семь) он начинает ездить сам. Со второго-третьего класса самостоятельные поездки в школу или в кружок становятся нормой, хотя взрослые стараются проводить ребенка и встретить его на обратном пути. К этому возрасту у ребенка уже накоплен достаточно большой опыт езды в общественном транспорте, но — вместе со взрослым сопровождающим, который ощущается как защита, гарантия безопасности, опора в трудную минуту.

Поездка в одиночку — совсем иное дело. Любой человек знает, насколько сильно возрастает субъективная трудность, когда впервые делаешь что-то полностью самостоятельно, без наставника рядом. В простых и, казалось бы, привычных действиях сразу обнаруживаются непредвиденные сложности...

Строительство штабов присуще детям всех современных индустриальных культур. В американских фильмах это как правило домики на деревьях, у нас различные шалаши, землянки, подвалы. Что-то в биологии ребенка требует создания такого убежища, личной территории, не подвластной взрослым... 

Давайте познакомимся с тем, как устроены «штабы» современных детей. Материалом для нас послужат описания, сделанные в основном людьми студенческого возраста, детство которых пришлось на вторую половину 80-х годов XX века. Большей частью это жители городов и поселков Северо-Западного региона России.

«А вот какой штаб у нас был в семь-восемь лет. Во дворе стояли два огромных слона-горки высотой около трех метров. Мы выломали в брюхе у слона снизу доску и оборудовали внутри штаб. Там мы собирались, рассказывали страшные истории, анекдоты, играли в карты и наблюдали за всеми людьми через щелки между досками

«Секрет» (или «секретик») девочки — это небольшая ямка глубиной в несколько сантиметров, специально выкопанная в земле. Ее дно тщательно выкладывается чем-нибудь красивым. Обычно сначала делается фон: например, листья с дерева, на которые сверху кладутся интересные «штучки», головки цветов, веточка с желудями и т. п. Содержимое «секретика» далеко не всегда растительного происхождения. В классических «секретиках» опытных девочек семи-восьми лет больше всего ценится фон из цветной фольги. Фольгу готовят загодя. Она может быть найдена на улице, а может быть принесена из дома. Поверх фольги делается сложная аранжировка из осколков цветных стеклышек, бутылочных крышек, бусин, пуговиц, картинок, фигурок, слепленных из пластилина. Вообще содержимым «секрета» может стать все что угодно. Главное — чтобы все это было интересно и красиво скомпоновано. Сверху композиция покрывается куском прозрачного стекла, тщательно вымытого в ближайшей луже.

Консервативные родители готовы защитить семейные ценности от борцов с домашним насилием

Вчера в Москве прошел съезд "Родительского всероссийского сопротивления" (РВС) — организации, которая поддерживает "традиционные ценности" и выступает против "западного негатива". Ее активисты заявили, что "радикально-либеральные" реформы образования не поддерживает подавляющее большинство граждан страны, и пообещали добиться возвращения к советской системе. Свою поддержку им пообещала депутат Госдумы Елена Мизулина, которую возмутили недостаточно патриотические учебники физики и математики. За всплеском единодушия наблюдал корреспондент "Ъ" АЛЕКСАНДР ЧЕРНЫХ. В Концертном зале им. Чайковского собралось почти полторы тысячи активистов "Родительского сопротивления", причем половина из них представляла региональные и даже зарубежные отделения организации. Перед началом заседания собравшимся показали ностальгическое видео о советской школе 

Фотограф Сандра Хойн провела четыре недели вместе с мальчиками-спортсменами по Тайскому боксу. Это сложный и опасный спорт, который зовется "бой восьми конечностей", так как в нем используются не только руки и ноги, но и колени, локти и любый части тела, которыми можно наносить удары. Это полноконтактный бой, в котором нет других защитных приспособлений, кроме раковины, предохраняющей половые органы мальчиков. В этом спорте очень часто случаются сотрясения мозга, переломы и черепномозговые травмы, однако дети калечатся намного реже из-за малого веса и мощи соперников. Возраст в Тайском боксе не ограничен, а потому там очень популярны бои малышей и особенно мальчишек предподросткового возраста. Хотя официально ставки делать запрещено, работает подпольный тотализатор, и потому родители стремятся заработать на своих детях, а мальчик делает все, чтобы выиграть бой - иначе семье нечего будет есть. Короче, все как у взрослых.