Грязные, голодные и одурманенные дети

0 Сегодня кажется вполне естественным, что ясли и детские сады существуют для того, чтобы было куда пристроить ребенка, пока родители на работе. Однако изначально детские сады создавались совсем с другой целью. Первый детский сад был открыт в 1837 году немецким педагогом Фридрихом Фребелем, чтобы дети из небогатых семей смогли научиться читать и писать и в итоге сдали бы вступительные экзамены в школу. Для детей, от которых хотели избавиться временно или насовсем, существовали совсем другие заведения, причем для взрослых такое избавление превращалось в хороший бизнес, а для детей порой заканчивалось плачевно. История торговли детьми началась именно отсюда.

В католических странах нежеланных младенцев обычно подкидывали к воротам монастырей, да и детей постарше нередко отдавали на попечение служителям культа. В протестантских странах такой возможности не было, зато существовали особые учреждения, куда организованно ссылались все подкидыши, сироты и беспризорники. В Англии такие заведения назывались приютами для бедных детей, по сути же это были частные коммерческие предприятия. В народе такие приюты окрестили детскими фермами, и жизнь там сильно отличалась от идеалов Фридриха Фребеля.



Детские фермы финансировались за счет пожертвований, но являлись частной собственностью. Так, приют, располагавшийся к югу от Лондона в местечке Тутинг, принадлежал господину по имени Бартоломью Друэт. В 1846 году в приюте проживали 723 ребенка в возрасте от нескольких месяцев до 14 лет, причем за каждого из них Друэт получал от лондонских приходов по 4 шиллинга и 6 пенсов в неделю. Дети жили в большой тесноте, в жилых помещениях на одного ребенка приходилось 1,8 кв. м. Друэт экономил на пище, угле, одежде, свечах — на всем, на чем только можно было сэкономить, но при этом все время пытался увеличить количество воспитанников. К 1848 году удалось его почти удвоить, но тут случилось непредвиденное. В январе 1849 года на детской ферме вспыхнула холера, и в Тутинг зачастили повозки гробовщиков.



Вскоре появились ревизоры. Один из проверяющих по фамилии Уинч так описывал увиденное: "Наступило время обеда. Все дети ели стоя. Я полагаю, они тут вообще никогда не принимают пищу сидя. Я разрезал сто картофелин, и все они оказались испорченными... Мы спросили мальчиков, устраивает ли их, как их кормят, и попросили поднять руки, если их что-то не устраивает. Тридцать из сорока подняли руки... Бартоломью Друэт был разгневан и обозвал мальчиков лжецами и мерзавцами". Также оказалось, что больные дети спят по пять человек на одной кровати и что воспитанникам не хватает даже воды. Один мальчик, например, шил тапочки и получал по одному пенни за каждые пять пар. На заработанные деньги он покупал у администрации воду и иногда яблоки. Но главной бедой была повсеместная антисанитария, которая и привела к эпидемии, унесшей 180 жизней.



В прессе разгорелся нешуточный скандал, причем обличать нерадивого владельца детской фермы взялись лучшие журналисты того времени, включая Чарльза Диккенса. Вскоре Бартоломью Друэта привлекли к суду по обвинению в преступной халатности. Адвокаты смогли доказать, что между действиями Друэта и смертью детей отсутствует логическая связь, так что вердикт был оправдательным. И все же скандал серьезно подорвал здоровье хозяина приюта, и в июле 1849 года он умер.



Однако до настоящих скандалов, когда детофермеров признавали виновными и отправляли на эшафот, было еще далеко. Напротив, в середине XIX века бизнес на детях процветал, и тому были свои причины. В те времена самым большим позором для женщины было забеременеть вне брака. Общественное мнение не испытывало никакого сочувствия к матерям-одиночкам, да и незадачливых отцов ждало всеобщее осуждение. Мужчина, ставший отцом незаконнорожденного, мог лишиться карьеры и положения в обществе. Между тем противозачаточных средств практически не было, а аборты были опасны и к тому же считались большим грехом. Строгая викторианская мораль способствовала появлению особых профессионалов, которых также стали называть детофермерами. В основном это были женщины, которые за небольшую плату соглашались принять чужих детей и воспитать их как своих. Никаких документов для усыновления не требовалось. Ребенка просто передавали из рук в руки, после чего детофермерше вручали оговоренную сумму полностью либо она начинала получать ежемесячную плату.

Многие няни честно выполняли положенные обязанности, создавая в своих домах небольшие частные ясли, где одновременно могло жить до десяти младенцев. Когда дети подрастали, родители часто приходили за ними, чтобы устроить в школу, или на какую-нибудь работу, или даже ввести в общество под видом какого-нибудь дальнего родственника. Многие родители, правда, предпочитали больше не вспоминать об ошибках молодости. Детофермеры также не всегда были честны. Были такие, кто решал, что гораздо выгоднее взять деньги, убить ребенка, а потом взять на воспитание следующего, причем отличить добросовестных нянь от детоубийц было непросто.

Законных детей воспитывали дипломированные гувернантки, а незаконных — профессиональные преступницы

Газеты той эпохи пестрели объявлениями: "Воспитаю ребенка", "Бездетные супруги позаботятся о ребенке", "Отдам ребенка на воспитание" и т.п. В 1870 году одно из таких объявлений попалось на глаза мистеру Коуэну, проживавшему в Лондоне. У Коуэна была проблема — его 16-летняя дочь Джанет вне брака родила мальчика, и теперь нужно было срочно что-то делать с позором семьи. Автором объявления оказалась 35-летняя Маргарет Уотерс, которая вместе с сестрой Сарой содержала детскую ферму. Вскоре маленький Джон Уолтер Коуэн был передан в руки заботливой няни. Больше его никто не видел живым.

Узнав от Маргарет Уотерс о смерти ребенка, Коуэны вызвали полицию. Сержант, явившийся с обыском на детскую ферму, увидел ужасающую картину: "Полдюжины младенцев лежали на софе. Они были грязные, голодные и одурманенные лауданумом (настойка опия.— "Деньги")". Вскрытие показало, что малыш Джон умер от голода. 14-летняя служанка, работавшая на детской ферме, рассказала, что Уотерс часто забирала детей по ночам, уходила куда-то, а возвращалась одна, при этом говорила, что вернула их родителям. Дальнейшее расследование показало, что Уотерс использовала самые разные способы избавления от малышей. Иногда она находила на улице группу детей, давала кому-то подержать младенца и тут же убегала. Иногда продавала своих подопечных тем, кто готов был за них платить. Но чаще всего она просто складывала младенцев на софе и опаивала лауданумом, чтобы не кричали от голода, а потом хоронила трупы. Следствие пришло к выводу, что Уотерс убила как минимум 19 детей. Суд приговорил ее к смерти, а ее сестру Сару — к 18 месяцам каторги.

11 октября 1870 года Маргарет Уотерс повесили — это был первый случай, когда хозяйку детской фермы казнили за убийство детей. 12 октября лондонская Times разразилась гневной статьей, в которой говорилось, что судьба Маргарет Уотерс "ляжет позорным клеймом на всю гнусную практику детского фермерства". Автор статьи полагал, что больше никто не решится на столь чудовищные преступления. К несчастью, он заблуждался.

Источник: http://www.kommersant.ru/doc/2065939